«АРХИТЕКТУРА БЕЗ ЛЮДЕЙ…»

На фоне кипучей деятельности всего архитектурного сообщества, презентаций, вручений премий и чествования звёзд, как гром среди ясного неба прозвучало «Открытое письмо» в защиту старой Москвы. «В хаотической расчистке городского центра под новое строительство погибли сотни живых московских памятников, на смену которым пришли «памятники-подделки» и новые постройки, разрушающие городской ансамбль». «Практикуемая сегодня в Москве строительная политика, по своей сути является преступной, антисоциальной и антигосударственной, лишающей будущие поколения граждан России исторической памяти» (строки из письма). Оказывается, именно это волнует настоящих москвичей и граждан России. Письмо подписали самые уважаемые люди - историки, искусствоведы, артисты, писатели, художники и простые жители, любящие свою столицу. Кому же принадлежит город? Для кого работает архитектор в современном обществе? В чём суть архитектурной деятельности? Почему в «Открытом письме» практически нет подписей архитекторов? Зато проект Э. ван Эгераата «Русский авангард» был принят на ура! Свои рассуждения я предоставляю по просьбе журнала АВ.

РУССКИЙ АВАНГАРД

В мировом искусствоведческом контексте главенствующая роль России упоминается в сочетании с двумя понятиями - иконы и русский авангард. С одной стороны - многовековая история христианской культуры. С другой - бунт человеческого сознания. Внутреннее противостояние и революционные настроения родили русский авангард, философия которого приняла политику коммунистов и стала соучастницей и виновницей событий, затянувшихся на многие годы. Этих художников постигла трагическая судьба, а история хранит память и произведения, которые несут в себе подлинную ценность первооткрытия и свободы человеческого духа. Корень этой трагедии в том, что была переступлена этическая грань добра и зла. И было объявлено право на бесправие, свобода на бесчестие и уничтожение. Именно тогда так же мешали сложившиеся традиции и российская культура, поэтому главный удар был направлен на уничтожение архитектуры как олицетворение культурного наследия. Потом уничтожались люди и сама свобода человеческого духа. Эта бесконечная война добра и зла продолжалась весь советский период нашей истории. Не буду продолжать - это старая история, которая нам всем известна, но опыт никого не учит и всё повторяется снова. Понятно, что в обществе, где целый век истреблялась культура, изменился человек. Необходим период реабилитации, покаяния, переоценки ценностей, возрождение этических понятий и образования. Непосвящённой публике тогда казалось, что путь на возрождение духовных ценностей верен тогда, десять лет тому назад, началось строительство храма Христа Спасителя. Но надежды рассеялись, потому что одновременно со строительством, началось новое уничтожение исторической застройки.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ МАССКУЛЬТ

Борьба за историческое наследие – проблема не только нашей страны. Над ней работают все цивилизованные государства. Международные общества охраны памятников создают законы и хартии. Новый этап борьбы ознаменовывает конец 20 ого века, когда глобалистические тенденции окончательно захватывают Европу. Начинается активное противостояние культуры традиционной, исторической и международной массовой культуры, принявшей сейчас гипертрофированные формы. Это гигантская фабрика, продуктом потребления которой является производство зрелищ. В круг задач так же входит формирование общественного мнения, мода, дизайн и архитектура. Развиваясь внутри себя, по собственным законам, массовая культура использует достижения цивилизации копируя, коллажируя подлинники. Она рождает новые мифы и своих новых героев-«звёзд». Так как спрос рождает предложение, экономически рассчитанная на обывателя, массовая культура в результате производит в огромных количествах дешёвую продукцию, так называемую попсу. Мы все отчасти уже принадлежим этой системе. Для архитектора соблазн системы очень велик. Идея власти над миром и всеобщего, навязанного счастья близка к идее глобализма. Безусловно, международная архитектура, в большой степени выросшая из русского авангарда и конструктивизма, является частью этой политики и развивается по тем же законам. Мир попсы рождает свою школу архитектуры – так при помощи современной техники удивительно легко и быстро моделируются модные формы, для чего не нужно долго учиться и постигать таинства профессии, как это было принято в классической школе. Критерием оценки тут служит маркетинг - продаваемость продукта. И даже не так страшно, что дома похожи один на другой, страшно то, что качество их оценивается размерами и агрессивностью. Натиск этой агрессии не всегда удаётся остановить и в благополучной Европе. То там то здесь вырастают скандальные проекты, намеренно разрушающие историческую среду. Проблемы этики поднимал М. Фуксас на Венецианской биенале 2000 года, обращаясь к архитекторам - «Больше этики, меньше эстетики». И, тем не менее, благодаря, высокому значению традиционной культуры, равновесие между «старым и новым» существует. И мы, по-прежнему, можем наслаждаться красотой исторических городов, находящихся в этической гармонии с достижениями технологий в формах современной архитектуры.

ВСЕВЛАСТИЕ ПОПСЫ

В России международная масс-культура нашла благодатную почву. Долгожданная свобода превратилась в рабство общества потребления. Москва со всеми её историческими ценностями оказалась под властью попсы. Остановить этот натиск не смогли ни разумные доводы деятелей культуры, ни историко-охранные структуры. Ни архитекторы, которые по своему призванию должны были направить весь процесс в правильное русло. Базарный, коммерческий интерес оказался сильнее всех доводов. Весь творческий пафос и разговоры о том, как строить – в современном или в историческом стиле - не имеют смысла, когда речь идёт об уничтожении исторической среды, о сносе исторического памятника. Мало того, в оправдание собственных корыстных целей, придуман новый термин - «Снести и воссоздать». Самый простой и безнравственный способ, где не нужно даже архитектуру придумывать, и не нужно тратится на дорогостоящую реставрацию. К сожалению, вопросы профессиональной этики нигде не ставятся. В результате процветает безвкусие и пошлость, а бездарных художников и архитекторов, по новым «этическим» законам, воспевают новые «академики- искусствоведы», утверждая, что «… жить - значит меняться в потоке времени. Нельзя законсервировать, оставить без изменения пространство, в котором протекает действительная жизнь. Нельзя делать Москву городом одной эпохи, а тем более одного поколения.» И мы действительно живём в другое время, когда в одно мгновение можно стереть все многовековые напластования, которые зовутся городом Москвой. Где останется лишь слой одной эпохи, имя которому - попса.

АРХИТЕКТУРНАЯ ШКОЛА

Нет сомнения в том, какой важной является профессия архитектора для всего общества, когда архитектор берёт на себя ответственность перед гражданами за формирование среды на многие годы, а иногда и поколения. В цивилизованном обществе это часть длительного исторического процесса, связанного с воспитанием, традициями и культурой. Московская архитектурная школа в первую очередь гордится временами, вдохновлёнными «Русским авангардом» 20-х годов, школой Жолтовского 30-х – 40-х годов. И это, безусловно, часть нашей культуры. Был период осмысления своего исторического наследия, когда размер заводской панели диктовал свои условия и архитектура была ненужна. А сейчас, мне кажется, наступило время, когда обществу не нужна и своя архитектурная школа. Нет средств на полноценное профессиональное образование, и нет педагогов для воспитания этики, любви к истории и своей культуре. Поверхностное обучение стало явлением повсеместным. Появились самозваные академии и месячные курсы. Поэтому многие действительно едут учиться за границу. Других затягивает система массовой культуры. Лёгкий результат, деньги, успех. И здесь всевластие попсы безгранично. Кто-то станет отрицать самодостаточность исторического прошлого русской культуры. Самодостаточность и самобытность архитектуры. И то, что сложившиеся архитектурные ансамбли и простая рядовая застройка сейчас имеют историческую ценность. И то, что работа в исторической среде требует высокой профессиональной квалификации и этики. Но мне кажется, что подлинное искусство архитектуры рождается только на основе своего культурного наследия, покоится на сложных взаимосвязях жизни поколений, труде, терпении и любви. Уничтожение своего подлинного исторического генофонда грозит вырождением собственной архитектурной школы. И можно надолго забыть о нормальном образовании и о развитии своей подлинной современной архитектуры. В цивилизованных странах проблемами образования и сохранения культуры занимается государство. В обществе, где нет морально сдерживающих факторов, должны работать законы и государственное право. Иначе неуправляемая машина «прогресса» неизбежно приведёт к культурной катастрофе. Беда в том, что высланная из России верхушка общества, находясь в эмиграции, жила Россией, а сегодняшнее «высшее общество» в мыслях своих живёт за границей, находясь в России. Но даже иностранцы - «монстры» современной архитектуры - говорят о том же. Побывав в Москве, Максимилиано Фуксас отменил свой лозунг «больше этики, меньше эстетики». Сказал «больше этики» и посоветовал звёздам строить за городом. А Рэм Кулхас, побывав в Петербурге, призывал: «город сохранить таким, какой он есть, и не волноваться по поводу отсутствия очевидно новой архитектуры.» Все беды и проблемы, в конечном счёте, упираются в этику и культуру, в так называемый, «человеческий фактор». «Открытое письмо» обращено не к чиновникам, архитекторам и обывателям, оно обращено к людям, потому что «архитектура без людей мертва».

 

И. Уткин 2004-06-17.